— Сколько ей, как думаешь? — спросил Моноган.

— Отсюда не скажешь.

— Давай снимем ее.

— Нет, — вмешался Карелла. — Надо дождаться судмедэксперта.

— И ребят из фотолаборатории, — добавил Дженеро.

Полицейские стояли у фонарного столба, глядя на мертвую девушку. Постепенно собралась толпа, хотя было только четверть четвертого утра.

Начали собираться люди. В этом городе, будь то день или ночь, всегда найдутся те, кто не спит. «Прямо как заговорщики, — подумал Дженеро, — в любое время бодрствуют». Четверо патрульных, что откликнулись на вызов Кареллы по телефону 10-29, деловито сооружали ограждение, стараясь оттеснить толпу. Кто-то из зрителей решил, что висит не настоящая девушка — муляж или что-нибудь в этом роде, и поделился своими соображениями: «Наверное, снимают кино или что-нибудь такое. Телефильм. В этом городе постоянно что-нибудь снимают. Это очень красивый город». Девушка по-прежнему вращалась на веревке.

— Как можно повесить человека на улице, — спросил Монро, — чтобы никто не увидел?

Кареллу тоже интересовал этот вопрос.

— Может, она сама повесилась? — предположил Моноган.

— Тогда куда делась лестница или какая-нибудь другая подставка? — спросил Монро.

— У нас здесь, на Восемьдесят седьмом участке, вполне можно повеситься, а потом кто-нибудь стащит лестницу.

— Так или иначе факт повешения налицо.

— Как это — «факт повешения»?

— Когда человек вешается, говорят, что произошло повешение.

— С чего это ты взял?

— Это все знают.

— Факт повешения?

— Вот именно.

— Звучит как-то неправильно. Факт повешения.

— Тем не менее, это так.

— Ну а вешая пиджак на вешалку, ты что же говоришь: «Я произвел повешение пиджака»? Нет, ты скажешь просто: «Я повесил пиджак».